Рельеф США. Все географические природные ландшафты Соединенных Штатов Америки

Предлагаем вашему вниманию обзор о рельефе, обо всех основных географических природных ландшафтах США, включающем их довольно подробное описание. Данный обзор представляет собой наш перевод (с нашими же примечаниями) фрагмента главы «Естественные ландшафты Америки» (America’s Natural Landscapes) авторства Пирса Льюиса (Peirce Lewis) из американского сборника «Making America: The Society & Culture of the United States» («Создание Америки: Общество и культура Соединенных Штатов»), вышедшего в 1992-м году в University of North Carolina Press, США.

Автор Пирс Льюис, годы жизни: 1927-2018, был американским географом и профессором государственного Пенсильванского университета (Pennsylvania State University), а также президентом Ассоциации американских географов (Association of American Geographers).

 

Обо всех основных климатических зонах Соединенных Штатов из той же главы сборника «Making America: The Society & Culture of the United States» («Создание Америки: Общество и культура Соединенных Штатов») авторства Пирса Льюиса см. здесь.

 

ПРОЧИТАНО В…

«Географический аспект в американской истории»

 

«Прежде чем изложить вам суть дела, уместно представить вашему взору сцену, на которой оно разыгрывалось, ибо география без истории подобна телу без движения, а история без географии бредет, как бездомный скиталец, не имеющий верного пристанища».

 

Джон Смит, «Всеобщая история Виргинии, Новой Англии и Летних островов» («The Generall Historie of Virginia, New-England, and the Summer Isles») 1624 г.

 

(John Smith, годы жизни: ок. 1579-1631 — моряк, капитан, один из первых колонистов Джеймстауна, первого британского поселения на территории современных США. Известен своими отношениями с Покахонтас (Pocahontas), — дочерью индейского вождя. Скончался в Лондоне Прим. Portalostranah.com).

«Одной из великих тем американской истории является эпопея о том, как американцы осваивали огромную дикую страну и учились жить в гармонии с ней.

 

В отличие от Старого Света, где люди жили на своей земле с незапамятных времен и приспосабливались к окружающей среде настолько постепенно, что это было почти незаметно, столкновение американцев с их землей было резким и зачастую бурным. Оно поглощало огромную часть энергии нации и захватывало ее коллективное воображение. Говорят, что Америка — это страна, где много географии, но мало истории, и в этом утверждении есть доля правды.

 

Потребовалось менее четырехсот лет, чтобы покорить более трех миллионов квадратных миль (7769964,331 километров Прим. Portalostranah.com) территории; фактически, бóльшую часть своих национальных владений американцы заселили за последние полтора столетия. Даже сегодня значительная часть территории Соединенных Штатов остается лишь частично заселенной и частично освоенной.

 

Неудивительно, что борьба за покорение физической географии Америки занимает такое важное место в национальной памяти. Подобно тому, как американцы меняли облик своей земли, сама земля — в ходе постоянных и тесных взаимодействий с ней — формировала и меняла самих людей.

 

Большую часть времени у американских поселенцев отсутствовали какие-либо подробные географические знания, но их ожидания, как правило, были оптимистичными. За исключением африканцев, которых привозили в страну в качестве рабов, большинство мигрантов прибывали в Америку по своей воле, надеясь на лучшую жизнь, чем та, которую они знали прежде. Вполне естественно, что они были предрасположены хорошо думать о новой земле, даже если мало что о ней знали. Чаще всего их ожидания оправдывались — и оправдывались с лихвой. История Америки очень часто была рассказом, основанным на географических превосходных степенях.

 

Даже на самом общем уровне страна с точки зрения географии оказалась удачливой. Два огромных океана защищали Соединенные Штаты от политических угроз в Европе и Азии, и на протяжении большей части истории нации эти океанические буферы избавляли Америку от необходимости содержать дорогостоящую военную машину, которая также сама по себе несла опасность для развития на раннем этапе.

 

Обширные просторы национальной территории заключали в себе богатство различных природных сред, что позволило нации стать самодостаточной в сельском хозяйстве и добыче большинства основных полезных ископаемых. А великолепная система естественных водных путей связывала эту территорию воедино, благодаря чему перевозка грузов и поездки людей были дешевыми, что обеспечило такую степень мобильности, как географическую, так и социальную, которая была тогда недоступна в большинстве частей мира.

 

Со временем слава о великой американской географии распространилась по всему миру и стала одной из причин потока мигрантов в страну, который не ослабевает и по сей день. Безусловно, сообщения об этих географически благах часто преувеличивались, особенно земельными спекулянтами и агентами по переселению, имевшими финансовый интерес в поощрении миграции; немало людей было завлечено в Америку фантастическими рассказами о земном рае и городах с мостовыми из чистого золота. Однако, несмотря на все преувеличения, американская география действительно поражала воображение. Уже на самом раннем этапе освоения, Америка была справедливо известна как очень богатая земля.

 

Как и многое в человеческой истории, географическая удача Америки кажется более очевидной ретроспективно, чем это ощущалось в ходе самих событий. Заселение американской земли часто было болезненным процессом, поскольку территорию обычно заселяли раньше, чем ее успевали хорошо изучить. («Земля была нашей, прежде чем мы укоренились на этой земле», — заметил Роберт Фрост (Robert Frost, американский поэт, годы жизни 1874-1963 Прим. Portalostranah.com).

 

Мало у кого из поселенцев были точные карты земли, которую они собирались занять, и у большинства из них вообще не было систематических знаний о природных процессах, сформировавших страну, которая должна была стать их домом. Физическую географию Америки приходилось познавать методом проб и ошибок, на суровом опыте бесчисленных поселенцев, которые по ходу дела открывали определенные необходимые факты и оставляли своим потомкам задачу раскрыть общие закономерности. Но сегодня мы видим эти закономерности, и знание о них проливает значительный свет на то, как разворачивалась история нации.

 

Природный ландшафт Соединенных Штатов имеет два фундаментальных измерения, как и ландшафты в любой точке мира. Одно измерение является результатом геологических процессов в земной коре, которые определяют основные закономерности рельефа, дренажа и полезных ископаемых, а также в значительной степени влияют на плодородие почв. Другое измерение определяется метеорологическими процессами в атмосфере, которые диктуют характер погоды и климата, а также в значительной мере — географическое распределение растительности и почв. Хотя геология и метеорология не полностью независимы друг от друга, обе они создают на карте настолько разные закономерности, что составляют две отдельные географии. В любом конкретном месте или регионе ландшафт является композицией этих двух моделей, но их легче понять, если рассматривать их по отдельности.

Закономерности рельефа: основной каркас

Геологический и топографический каркас Америки выстроен вокруг огромной внутренней низменности, которая принесла Америке часть ее величайшего сельскохозяйственного и минерального богатства, вмещает большую часть ее населения и является сердцем того, что политики любят называть «серединной Америкой» («middle America»).

 

Этот регион осушается рекой Миссисипи и ее великими притоками — одной из крупнейших судоходных речных систем в мире. Миссисипи — это не просто полезная река; она также служит мощным географическим символом — традиционной разделительной линией в Америке между «Востоком» и «Западом» США. Указанная великая низменность повышается к северу, где она резко упирается в пустынный оплот Канадского щита. На юге низменность почти незаметно переходит в широкую прибрежную равнину, окаймляющую Мексиканский залив. К востоку и западу земля постепенно, а затем резко поднимается к горным хребтам, которые окаймляют низменность с обеих сторон и отделяют ее от Атлантического и Тихого океанов.

 

Однако горные хребты существенно различаются между собой. Аппалачи на востоке тянутся почти непрерывно от Алабамы до канадской границы и дальше. Это сильно эродированные старые горы (самая высокая точка — менее семи тысяч футов (2133.6 метра Прим. Portalostranah.com) – (эродированные — земли, потерявшие полностью или частично свой верхний, наиболее плодородный слой гумуса в результате разрушительного воздействия воды — водная эрозия, или ветра – т.н. ветровая эрозия Прим. Portalostranah.com), отделенные от Атлантики широким поясом прибрежной низменности. Хотя этот прибрежный регион не содержит ни примечательных пейзажей, ни больших запасов полезных ископаемых, именно здесь в XVII веке зародилась и укоренилась американская нация. Все первоначальные тринадцать колоний располагались в этом узком поясе, и почти половина истории Америки разворачивалась здесь. Только после Американской Революции (1775–1781 гг.) значительное число американских поселенцев начало перемещаться на запад, через Аппалачи, на внутренние низменности.

 

К западу от внутреннего бассейна лежит могучая система гор, которой испанские исследователи дали название «Кордильеры» (Cordillera) — это собирательный термин для всей высокой и пересеченной местности в западной трети Соединенных Штатов.

 

Кордильеры являются частью глобальной горной системы, опоясывающей бассейн Тихого океана; они геологически молоды и отличаются огромным геологическим и топографическим разнообразием. В отличие от Востока, в западной части Соединенных Штатов практически нет прибрежных равнин, и горы вдоль побережья Тихого океана круто обрываются к морю, что зачастую выглядит весьма эффектно. Указанная западная гористая часть США сложна и многообразна: здесь расположены одни из самых высоких гор в Северной Америке, но также и обширные пространства межгорных котловин, плато и изолированных хребтов. В совокупности гористый Запад Америки — это своеобразное и значимое для страны место: край впечатляющих пейзажей, значительного экологического разнообразия и огромных запасов полезных ископаемых. Неудивительно, что большая часть этого западного края была заселена предприимчивыми людьми, приехавшими сюда в поисках быстрого обогащения или свободы от условностей и традиций густонаселенного, давно освоенного Востока.

 

Живописные пейзажи и история этого региона привели многих американцев к восприятию Запада как чего-то дикого и эксцентричного — взгляда, подкрепленного романистами, художниками, газетчиками и кинематографистами, которые рисовали американский Запад в ярких, простых красках.

 

В целом, географы выделяют четыре топографических региона первого порядка в Соединенных Штатах. С востока на запад (в том порядке, в котором их обнаруживали европейцы) это:

Приатлантическая и Примексиканская низменности (Atlantic and Gulf Coastal Plain);

Аппалачи (Appalachians) с их предгорьями;

Внутренние равнины (Interior Lowlands)

и Кордильеры (Cordillera), включающие как основные горные хребты, так и разнообразные межгорные долины, котловины и плато.

Однако каждый из этих крупных регионов содержит значительное внутреннее разнообразие.

Прибрежная атлантическая низменность, также известная как приатлантическая и примексиканская прибрежная низменность

Европейские поселенцы впервые ступили на территорию, которая впоследствии станет Соединенными Штатами, обнаружив равнину, окаймляющую Атлантику, — равнину, которая в общих чертах казалась очень похожей на ту Европу, которую они покинули. Однако поселенцы быстро поняли, что атлантическая равнина Америки не похожа на европейскую и что она далеко не однородна.

 

К югу и западу от устья реки Гудзон (Hudson River), где сейчас находится город Нью-Йорк, тянется расширяющаяся полоса прибрежной равнины, которая тянется непрерывно до границы с Мексикой по реке Рио-Гранде (Rio Grande).

 

Прибрежная низменность — это не просто низменная местность, расположенная рядом с морем. Как и подобные регионы в других частях мира, характер береговой линии и самой равнины определяется элементарными геологическими фактами: этот регион подстилается молодыми осадочными породами, оставленными океаном и впадающими непосредственно в него реками — по большей части это несцементированные песок, гравий, ил и мергель (известковая глина).

 

Суша пологим образом здесь опускается под воду, где она образует континентальный шельф — область, которая является просто подводным эквивалентом прибрежной равнины. (Таким образом, баснословно богатые месторождения нефти и газа в восточном Техасе и южной Луизиане продолжаются в море, в Мексиканском заливе; они различаются по местоположению, но геологически идентичны).

 

Сочетание слабых коренных пород и пологого уклона поверхности породило физическую географию, которая с самых первых дней доставляла поселенцам прибрежной равнины немало хлопот. Проблемы были очевидны еще до того, как европейцы ступили на американскую землю. У побережья вода мелководна — в наши дни это удобное место для бурения нефтяных скважин, но опасное место для моряков, особенно в плохую погоду. Хуже того, воздействие волн превратило податливую береговую линию в изобилие барьерных островов, кос и прибрежных отмелей, которые непредсказуемо меняются под ударами атлантических штормов. Большая часть побережья окаймлена широкими песчаными пляжами — популярными местами, где городское население Америки развлекается в жаркие летние выходные, но это плохое место для моряка колониальных времен, приближающегося к берегу в поисках укрытой глубоководной якорной стоянки.

 

В немногих местах имеются разрывы в береговом барьере, и эти разрывы столь же важны, сколь и редки. Как это часто бывает, геологическая история помогает объяснить современную физическую географию. Во времена оледенения огромный объем океанской воды был скован континентальными ледяными щитами, и уровень моря вследствие этого упал — возможно, на целых двести футов (60.96 метра Прим. Portalostranah.com). Реки, впадавшие в море, быстро приспособились к новому уровню моря и прорезали глубокие, широкие долины в песчаных отложениях прибрежной равнины. Затем, когда ледники растаяли и уровень моря снова поднялся, эти долины были затоплены, образовав большие изрезанные заливы, некоторые из которых глубоко врезались вглубь суши. Извилистый берег Чесапикского залива (Chesapeake Bay), фактически являющийся затопленным устьем реки Саскуэханна (Susquehanna River), создал знаменитый край «Тайдуотер» (Tidewater) в Мэриленде и Вирджинии — один из первых центров концентрации населения в колониальной Америке.

 

Таким же образом великий изгиб Делавэрского залива (Delaware Bay) дал океанским судам прямой доступ к плодородным сельскохозяйственным землям в юго-восточной Пенсильвании, и город Филадельфия естественным образом вырос в самой дальней внутренней точке залива. Фактически, от Нью-Йорка и южнее все крупные прибрежные города страны обязательно располагались у одного из этих редких проходов в барьерных отмелях; пришвартовать океанские суда где-либо еще было просто невозможно. Норфолк, Нью-Йорк, Чарлстон, Саванна и Джексонвилл — среди самых очевидных примеров, и дефицит таких проходов помогает объяснить, почему в большей части американского Юга практически нет крупных прибрежных городов.

 

Почвы прибрежной равнины также сыграли важную роль в американской истории, поскольку они питали плантационное сельское хозяйство, которое сделало рабство прибыльным на американском Юге. Эти почвы были одними из лучших в колониальной Северной Америке — отчасти потому, что их было легко обрабатывать, отчасти потому, что они содержали большие объемы лесного перегноя.

 

Однако, как только леса были вырублены, этот перегной не возобновлялся, и хрупкие почвы оказались подвержены эрозии. Во времена расцвета хлопководства и табаководства в XVIII и XIX веках прибыль была настолько велика, что плантаторы почти не уделяли внимания сохранению почв. Десятилетия хищнического использования погубили почву на большей части прибрежной равнины. Некоторые из самых богатых сельскохозяйственных земель страны колониального и раннего национального периода сейчас исчезли, настолько истощены, что их забросили как пашни и позволили зарасти кустарником или сосновым лесом. Именно из таких мест за последнее столетие мигрировали бедные чернокожие и белые, оставляя свои истощенные участки, чтобы отправиться на север в поисках лучшей жизни.

 

Сегодня прибрежная равнина не кажется очень примечательным местом с ее низким рельефом и покровом из чахлых сосновых лесов, но она стала сценой для главных событий в истории американского противостояния с окружающей средой. Это было место, где американцы впервые решились на крупномасштабное товарное сельское хозяйство и получили огромную прибыль. Прибрежная равнина также была местом, где американцы впервые усвоили дурную привычку уничтожать хрупкую окружающую среду ради немедленной выгоды — когда земля истощалась, бросать ее и двигаться дальше, чтобы повторить этот процесс в другом месте. Этот прецедент будет повторен много раз в процессе заселения американского континента.

 

Только в XX веке, когда стало окончательно ясно, что запасы земель не бесконечны, в Соединенных Штатах предприняли серьезные попытки покончить с этими потребительскими привычками.

Горная система Аппалачи

Как и прибрежная равнина, система Аппалачских гор сыграла в американской истории роль, совершенно несоразмерную ее площади. Это не потому, что Аппалачи высоки или впечатляющи, а скорее потому, что они помогали направлять американское развитие в ранние периоды, когда еще только создавались многие национальные привычки.

 

Геологически Аппалачи — старейшая система значимых гор в Соединенных Штатах. В течение миллионов лет аппалачские породы не подвергались серьезной геологической деформации. В результате нынешние горы довольно низкие и представляют собой изношенный скелет гораздо более высокой горной системы древних времен. Таким образом, топография Аппалачей — это полностью результат эрозии, и, следовательно, внутренние различия в аппалачском рельефе точно отражают различия в подстилающей геологической структуре.

 

Если мы посмотрим на любую хорошую карту форм рельефа Америки то увидим, что Аппалачи — это не единый однородный хребет, а скорее четыре параллельных пояса, каждый из которых отличается по геологии, а значит, и по топографии.

 

Самые старые и сложные породы находятся ближе всего к океану, где они образовали два восточных пояса Аппалачей — Пидмонт (Piedmont) и Блу-Ридж (Blue Ridge). (Это была главная ось аппалачского горообразования, и поэтому здесь породы деформированы наиболее интенсивно). Пидмонт подстилается довольно устойчивыми кристаллическими породами, которые были стерты до состояния пологой холмистой равнины. От Пенсильвании, на юг до Северной и Южной Каролины и Джорджии, эта равнина Пидмонта покрыта глубокими слоями выветренного материала, который дал лучшие почвы в восточной части Северной Америки. Однако к северу от Нью-Йорка этот слой выветривания был соскоблен и удален ледниками, которые затем отступили, усеяв поверхность валунами, песком и гравием. Это низменность Новой Англии, которую поселенцы колониальных времен начав было возделывать, затем с проклятиями быстро забросили, как только для переселенцев на Западе стали доступны более плодородные земли.

 

Оледенение повлияло не только на почвы. Огромный вес ледяного щита постепенно вдавил всю поверхность Новой Англии, из-за чего самые низкие участки оказались затоплены морем. Хотя земля снова поднимается, она все еще намного ниже, чем была. Таким образом, в Новой Англии нет прибрежной равнины, и океан бьет прямо по древним аппалачским породам, образуя извилистую, живописную береговую линию, обильно наделенную глубокой водой и укрытыми якорными стоянками. Если жители Новой Англии находили земледелие трудным, то проблем с выходом в море — в качестве рыбаков, китобоев и коммерческих торговцев — почти не возникало. Таким образом, оледенение помогает объяснить богатую морскую традицию Новой Англии, резко контрастирующую с не подвергавшимся оледенению Югом с его продуктивными пашнями, но неприступной береговой линией. Это также объясняет, почему почти все фермы в Новой Англии позднее были заброшены, а большая часть пахотных земель теперь покрыта лесами.

 

Дальше на запад аппалачские кристаллические породы гораздо более устойчивы к эрозии, что создает самую высокую и пересеченную местность в восточной части Соединенных Штатов. К югу от границы оледенения, в северной Пенсильвании, этот пояс гор называется Блу-Ридж — регион, в которым только немногие поселенцы пытались заниматься земледелием, но который в целом избегали переселенцы, двигавшиеся дальше на Запад. Горстка англосаксонских поселенцев раннего времени колонизации заселила тогда некоторые изолированные местные долины, и их потомки продолжали жить там, в нищете и оторванности от внешнего мира, сохраняя старый народный быт, который лишь сейчас начинает разрушаться под натиском современных технологий и туристов.

 

В Новой Англии есть своя геологическая версия Блу-Ридж — Белые горы (White Mountains) в Нью-Гэмпшире, чьи отшлифованные льдом скалы привлекают туристов с тех пор, как бостонцы XVIII века впервые посетили этот регион и начали превозносить его живописные достоинства.

 

Дальше к западу от пояса Блу-Ридж/Белые горы интенсивность геологической деформации быстро падает. Исходные осадочные породы подвергались лишь умеренному давлению во время главного периода аппалачского горообразования, поэтому они были «сложены» в складки — подобно тому, как ковер сминается в складки, если он скользит по гладкому полу и сталкивается с мебелью. Эти складчатые осадочные породы сильно различаются по устойчивости к эрозии. Хотя возвышенности здесь уменьшились до высоты, которая редко превышает три тысячи футов (914.4 метра Прим. Portalostranah.com), чередование слабых и устойчивых пород было размыто в серию длинных линейных хребтов и долин, которые сверху выглядят так, будто гигантские грабли прошлись по всей длине Аппалачей, от Алабамы до северного Вермонта.

 

В этом рельефе типа «гряды и долины» ни один из хребтов не является очень высоким, но, поскольку они были расположены под прямым углом к основному направлению пути переселенцев, двигавшихся на Запад, эти горы представляли собой серьезный барьер для передвижения, особенно до строительства железных дорог и автомагистралей. Там, где это было возможно, переселенческие маршруты здесь проходили по длинным долинам, а случайные «водные разрывы», которые прорезали хребты, таким образом стали играть важную роль, т.к через них проходили пути поселенцев, двигавшихся на Запад.

 

Самый западный пояс Аппалачей называется Аппалачское плато — это, по сути, переходная зона между горами и внутренней низменностью. Плато образовалось из толстых слоев осадочных пород, которые были подняты во время поздних эпизодов аппалачского горообразования, но в остальном не подверглись деформации. Впоследствии долгие периоды эрозии превратили это плоскогорье в сложную систему холмов и низких гор — не очень высоких, но очень трудных для занятий земледелием и являющихся серьезным барьером для транспорта.

 

В целом Аппалачи не кажутся очень впечатляющими, особенно по сравнению с горами американского Запада. Но они повлияли на американскую историю двумя решающими способами — посредством своей топографии и наличием здесь полезных ископаемых.

 

Аппалачи вследствие их топографии были труднопреодолимы, особенно если это делалось на лошади или в повозке. Поэтому ранние путешественники либо полностью обходили данные хребты, либо следовали через них по одному из двух четко определенных маршрутов. Один из указанных двух путей шел через Пенсильванию, начинаясь в городе Филадельфии на атлантическом побережье, и заканчиваясь в городе Питтсбург, что верховьях реки Огайо (Ohio River), и он помог превратить эти два средних города XVIII века в бурно развивающиеся города XIX века. Второй маршрут был проще, но и важнее, соединяя Атлантику в Нью-Йорке с восточным краем верхних Великих озер в Буффало. Канал Эри (Erie Canal) был проложен этим вторым путем, втиснувшись в узкий желоб между Аппалачским плато и (горным хребтом на северо-востоке штата Нью-Йорк) Адирондак (Adirondacks).

 

Строительство канала Эри (проложен в 1817-1825 годах Прим. Portalostranah.com) стало триумфом инженерии, и этот легендарный канал стал главной артерией, соединившей внутреннюю часть Америки с Атлантическим океаном. Только река Миссисипи была равна ему в данном качестве как в реальности, так в мифологии.

 

Полезные ископаемые были так же важны, ибо Аппалачи содержат одни из крупнейших в мире залежей угля. Антрацит для производства пара и отопления домов добывался в восточной Пенсильвании, а битуминозный уголь, используемый для коксования и производства стали, залегает в огромном геологическом бассейне, который тянется от Питтсбурга до Бирмингема, Алабама.

 

При этом ирония заключается в том, что ранние поселенцы Америки считали себя неудачливыми, потому что так и не нашли серебро и золото, которое испанцы обнаружили в таком изобилии в Мексике и Перу. В то же время, можно сказать, разница в развитии между англо-Америкой и испаноязычной Америкой — это отчасти разница в последствиях добычи ацтекского золота и аппалачского угля. Золото принесло испанцам богатство, превосходящее сокровища легендарного царя Крёза, но в конечном итоге дало для экономического развития очень мало. Уголь был грязным и негламурным товаром, но он подпитал экономическую революцию, которая помогла превратить Соединенные Штаты из скромного аграрного общества в величайшую индустриальную державу на земле.

Внутренние равнины и их окраинные возвышенности

Эндрю Джексон (Andrew Jackson, седьмой президент США – с 1829 до 1837; годы жизни: 1767-1845 Прим. Portalostranah.com) якобы заметил, что Америка начинается с Аппалачей, имея в виду, что только к западу от гор, на великих внутренних низменностях, американцы могли вырваться из европейских связей атлантического побережья и стать по-настоящему независимыми. Хотя можно спорить о том, является ли Внутренняя низменность культурным ядром страны, нет никаких споров о том, что она образует физическое ядро континента.

 

Геологически этот огромный регион покоится на низкой и сильно разрушенной эрозией платформе из очень старых и очень устойчивых кристаллических пород, которые не подвергались серьезным геологическим событиям более миллиарда лет. На большей части центральных Соединенных Штатов эта древняя платформа погребена под глубокими пластами осадочных пород, но более старые породы фундамента выходят на поверхность вдоль северных границ страны, где они образуют значительные возвышенности — горы Адирондак в северной части штата Нью-Йорк и Верхние возвышенности (Superior Uplands) на севере Мичигана, Висконсина и Миннесоты.

 

Эти два региона, однако, являются лишь южными полуостровами Канадского щита — сурового пространства ледниковой пустоши, простирающейся на север до Северного Ледовитого океана.

 

В Канаде, где указанный Щит составляет около трети национальной территории, это вездесущее гнетущее присутствие, описанное одним канадским премьер-министром как «самый важный факт в канадской истории». Это постоянный северный предел основного заселения как в Канаде, так и везде, где он появляется в Соединенных Штатах. Как Адирондаки, так и Верхние возвышенности очень малонаселены, и большинство жителей тут зависят от сезонного туризма, лесного хозяйства или горнодобывающей промышленности — все это довольно ненадежные источники дохода. Полезные ископаемые этого региона, однако, легендарны. Одно из первых крупных предприятий Америки по добыче металлов началось в 1840-х годах на богатых медью землях полуострова Кивино (Keweenaw) в Мичигане, а железные рудники Месаби-Рейндж (Mesabi Range) в районе горного хребта Месаби в Миннесоте были баснословными по выработке, обеспечив Америку примерно четырьмя пятыми всего железа, которое она когда-либо использовала. С середины XIX века именно сочетание миннесотского железа и пенсильванского угля заложило основы американской промышленной революции.

 

От края Щита на юг до прибрежной равнины эти древние кристаллические породы погребены под отложениями; в результате ландшафт здесь совершенно иной. Этот огромный низменный регион, который тянется от Скалистых гор до Аппалачей, содержит некоторые из богатейших территорий Америки. В центре этого национального сердца находится так называемая Центральная низменность (Central Lowland), сама по себе значительное пространство. Посетители часто жалуются, что ее ландшафт скучен, так как высоты редко превышают две тысячи футов (609.6 метра Прим. Portalostranah.com), а большая часть земли занята фермами.

 

Однако здесь наблюдается значительное разнообразие, в основном из-за недавнего оледенения. Ледник продвигался на юг примерно до линии, описанной реками Огайо и Миссури (Missouri rivers), и долины обеих рек были вырезаны талыми водами, бежавшими вдоль края льда. К северу от ледниковой границы наступление и отступление ледника за последний миллион лет оставили сложную мозаику форм рельефа и поверхностных материалов, поэтому качество почвы и топография могут радикально меняться на коротких расстояниях. Лед уничтожил доледниковые дренажные системы и оставил после себя хаос озер и русел рек — некоторые из них заброшены, некоторые существуют до сих пор. Великие Американские озера (Great Lakes) — лишь самые большие из указанного очень широкого ассортимента, оставленного ледником. Таким образом, что бы еще ни сделали ледники, они оставили после себя систему дешевого водного сообщения в центральной части Соединенных Штатов. Любая нация была бы счастлива иметь любую из этих двух великолепных речных систем — Великие озера или систему реки Миссисипи. Но у Америки были сразу обе, и, как оказалось, эти речные системы легко можно было соединить каналами, что и было сделано, — каналами, проложенными по руслам заброшенных ледниковых дренажных каналов, которые, в свою очередь, были затем усилены железными дорогами и автомагистралями, построенными вдоль старых речных каналов.

 

Ледники оказали американцам еще одну услугу. Когда ледник отступал, талые воды разносили огромные отложения мелкозернистых горных пород по земле перед ледником; часть этого мелкого материала была подхвачена ветром и переотложена в виде (осадочной горной породы, обычно песчаной, глинистой и сильно известковой) — лёсса — loess, или ветрового ила. Лёсс простирался широкой полосой от Небраски до Огайо и от Миннесоты до Миссисипи, покрывая ледниковую и неледниковую местность, иногда на большую глубину.

 

Этот слой лёсса сделал для средней Америки (middle America) две вещи: он сгладил доледниковую поверхность до такой степени, что некоторые части американского «сердца» похожи на шляпу с идеальными пропорциями – широкие поля и небольшие возвышенности — скучно для путешественников, но восхитительно для фермеров; и дал почвы удивительного плодородия. Если железо хребта Месаби и аппалачский уголь были фундаментом промышленного богатства Америки, то плодородие американского сельского хозяйства происходит из среднезападного лёсса. Как будто природных богатств американской глубинки самих по себе было недостаточно, это достояние было обрамлено превосходной системой внутренних водных путей, также прорезанной талыми ледниковыми водами. Можно повторить что когда американцы подводят свои географические балансы, у них есть все основания быть благодарными богам древних тающих ледников.

 

По форме Центральная низменность напоминает огромное открытое блюдце, постепенно повышающееся к краям. К югу и востоку осадочные породы выгибаются вверх, образуя невысокие плато, разделенные основной частью долины реки Миссисипи: Озарк (Ozarks) в Миссури на западе и Внутренние низкие плато (Interior Low Plateaus) Кентукки и Теннесси на востоке. В обоих этих регионах только область Кентукки-Блуграсс (Kentucky Bluegrass) и бассейн Нашвилла имеют очень хорошие пахотные земли; в остальном большая часть территории — это труднообрабатываемая холмистая местность с тонким песчаным слоем и скудными запасами полезных ископаемых.

 

К западу от Центральной низменности лежат Великие равнины (Great Plains). Судя по тому, как много американцы знают о своих Великих равнинах, этот регион занимает важное место в национальном самосознании, ибо он символизирует начало Запада: огромная, труднопроходимая земля, которая преграждает путь всем путешественникам, которые хотя пересечь страну — земля пятьсот миль (около 804 километра Прим. Portalostranah.com) в ширину, простирающаяся на все расстояние от сорок девятой параллели (северной широты) до (реки) Рио-Гранде.

 

Великие равнины часто описывают как плоские; на самом деле их поверхность плавно поднимается в западном направлении, что свидетельствует об их геологическом происхождении. Равнины сформировались как огромный «фартук» из аллювиальных осадочных отложений — гравия, песка и ила, размытых с западных гор и снесенных на восток потоками, впадающими в реки Миссисипи и Миссури. Восточный уклон — естественный градиент этих рек.

 

Вышеуказанные аллювиальные отложения здесь на больших территориях подверглись длительному воздействию ветра, поэтому лёсс и песчаные дюны являются тут обычным явлением. Как и везде, лёсс создает плодородную почву, но, поскольку большая часть данной области довольно сухая, чрезмерный выпас скота и неосторожная вспашка подвергли большую часть земли ветровой эрозии, что особенно заметно в засушливые годы.

 

Во всем пространстве низменности между Аппалачами и Скалистыми горами (Rockies) минеральные ресурсы происходят в основном из ископаемого топлива, как это обычно и бывает в регионах с осадочными породами. Крупные месторождения высококачественного коксующегося угля имеются в структурных бассейнах на Среднем Западе, а лигнит (lignite, или бурый уголь — самый молодой вид твердого ископаемого угля Прим. Portalostranah.com) широко добывается открытым способом на северных Великих равнинах. Хотя нефть и газ были найдены в некотором количестве почти в каждой из частей Внутренних низменностей (Interior Lowlands), среднеконтинентальные месторождения Канзаса, Оклахомы и Техаса являются крупнейшими, удовлетворяя важную часть спроса Америки на энергию.

Горная система Западная Кордильера и её межгорные котловины

Подобно тому, как восточная и центральная части Соединенных Штатов — это в основном низменности, большая часть Запада гориста, и даже там, где высоты невелики, местность обычно пересеченная и часто живописная.

 

Однако, в отличие от Аппалачских гор на востоке, расположенная здесь великая западная горная система — Кордильеры (Cordillera) — не является непрерывной цепью, а представляет собой скорее разбросанное скопление хребтов, разделенных обширными плато, бассейнами и впадинами. Геология Кордильер сильно варьируется от места к месту, и, следовательно, топография тоже. В общих географических очертаниях Кордильеры обрамлены двумя высокими горными системами вдоль своих восточных и западных границ. На востоке находятся Скалистые горы (Rockies), на западе — Береговые хребты (Coast Ranges) и горная система Сьерра-Невада — Каскадные горы (Sierra Nevada—Cascade). Вместе они содержат одни из самых высоких и впечатляющих мест в Соединенных Штатах.

 

Как ни парадоксально, Кордильеры представляли меньшее препятствие для трансконтинентальных путешествий, чем гораздо более низкие Аппалачи. Например, Скалистые горы достигают почти трех миль (4.827 км Прим. Portalostranah.com) в высоту, и, если смотреть на них из окрестностей города Денвера, они представляют собой внушительное зрелище, поднимаясь от Великих равнин, словно могучий вал. Но Скалистые горы разбиты на несколько отдельных единиц, и промежутки между ними настолько велики, что путешественник на поезде Юнион Пасифик (Union Pacific Railroad) в Вайоминге или Южной Пасифик (Southern Pacific) в Нью-Мексико мог пересечь страну, так и не увидев Скалистых гор. Западные хребты Кордильер больше и сложнее, они расположены эшелонами, параллельными морскому побережью. Вдоль Тихого океана низкие, но почти непрерывные Береговые хребты круто поднимаются от океана, поэтому побережья Калифорнии и Орегона имеют заслуженную репутацию мест суровой красоты.

 

Однако самые высокие горы Запада отстоят дальше от побережья: это Сьерра-Невада в Калифорнии и Каскадные горы в штатах Орегон и Вашингтон. Эти два хребта образуют почти непрерывную линию высоких гор от южной Калифорнии за Лос-Анджелесом до канадской границы рядом с Ванкувером. Сьерра-Невада и Каскадные горы, однако, сильно различаются.

 

Сьерра-Невада — это гигантский глыбовый блок, наклоненный к востоку, где он противостоит пустыне Невада стеной гранита высотой почти пятнадцать тысяч (ок. 4572 метров. Отметим попутно, что наименования «пустыня Невада» для названия конкретной пустыни не существует, в данном случае подразумеваются пустыни штата Невада, которые примыкают к горам Сьерра-Невада, а именно примыкающая к Сьерра-Невада с восточной стороны самая большая пустыня Северной Америки т.н. «пустыня «Большого Бассейна» — Great Basin Desert — о «Большом бассейне» ниже. Кроме того, на крайнем юге, где сходятся границы штатов Калифорния и Невада, к горам Сьерра-Невада также примыкает пустыня Мохаве — Mojave Desert, расположенная как в Неваде, так и в Калифорнии. Прим. Portalostranah.com).

 

На больших высотах граниты Сьерры были сильно отшлифованы ледниками, создав пейзажи, которыми американцы восхищаются с середины XIX века. Йосемитская долина (Yosemite Valley), например, давно превращена в один из самых популярных национальных парков Америки, и различные попытки использовать её виды в коммерческих (и даже промышленных) целях приводили к бурным политическим баталиям — важным вехам в истории охраны окружающей среды Америки.

 

Каскадные горы, напротив, имеют более спокойный характер пейзажа и геологической истории. Они состоят в основном из темного базальта, который изливался в виде огромных плоских полей лавы, которые после остывания выгнулись вверх до высот, редко превышающих семь тысяч футов (2 133,6 метров Прим. Portalostranah.com). Этот довольно невысокий хребет, однако, усеян рядом высоких и величественных вулканов, покрытых снежными шапками, некоторые из которых представляют собой опасные действующие вулканы.

 

Между Береговыми хребтами и линией Сьерра-Невада — Каскадные горы пролегает прерывистая, но очень глубокая впадина — часть глобальной борозды, которая встречается в различных местах вдоль восточной части Тихого океана, от Центральной долины Чили до залива Аляска. Эти впадины занимают небольшую площадь, но сыграли чрезвычайно важную роль в истории Запада, поскольку в них расположены одни из самых плодородных сельскохозяйственных земель и крупнейшие центры сосредоточения населения в западных штатах США.

 

Долина Уилламетт (Wilamette Valley, расположенная вдоль реки Уилламетт, от её истока до слияния с рекой Колумбия Прим. Portalostranah.com) в штате Орегон — часть этой впадины; это равнинная местность с умеренным климатом, чья репутация своего рода «сельскохозяйственного Нового Иерусалима» спровоцировала «орегонскую лихорадку» 1840-х годов и первое масштабное заселение Западного побережья американскими переселенцами («Орегонская лихорадка», Oregon Fever — массовая миграция в 1840-х гг. в плодородную долину реки Уилламетт на Тихоокеанском побережье Прим. Portalostranah.com).

 

Калифорнийская версия этой впадины — Центральная долина (Central Valley), где она заполнена породами, принесенными с гор Сьерра-Невада притоками рек Сакраменто (Sacramento river) и Сан-Хоакин (San Joaquin river), что сделало её крупнейшим и богатейшим массивом коммерческих сельскохозяйственных земель на всем Западе США.

 

Императорская долина (ImperialValley) на самом юге штата Калифорния — еще одна часть этой впадины, где дельта реки Колорадо отгородила часть Калифорнийского залива, создав уникальный участок суши ниже уровня моря, который обеспечивает значительную часть зимних овощей для Америки (Императорская долина, распложенная в штате Калифорния, на самой границе с границей США с Мексикой, является искусственно орошаемой долиной, которая относится к засушливому региону известному как пустыня Колорадо, являющейся, в свою очередь, частью пустыни Сонора, — первая занимает юго-восточную часть американского штата Калифорния и северо-восточную часть мексиканского штата Нижняя Калифорния, а вторая распространяется уже на территории двух американских штатов — Аризона и Калифорния, и двух мексиканских штатов Нижняя Калифорния и Сонора Прим. Portalostranah.com).

 

В штате Вашингтон эта же впадина подверглась оледенению и просела под тяжестью ледника, в результате чего образовался залив Пьюджет-Саунд (Puget Sound).

 

Несмотря на то, что тихоокеанское побережье Кордильер живописно, нельзя сказать, что оно удобно: здесь имеется лишь четыре прохода, обеспечивающих удобное сообщение между океаном и внутренними районами континента. Вследствие этого данные проходы имеют огромное значение: они стали узловыми точками важнейших транспортных магистралей и местами расположения крупнейших городов Западного побережья США.

 

Один из таких участков — бассейн Лос-Анджелеса (Los Angeles Basin), представляющий собой редкий для тихоокеанского побережья клочок низменности. В Северной Калифорнии главный проход — это пролив Золотые Ворота (Golden Gate), ведущий через залив Сан-Франциско (San Francisco Bay) в Центральную долину (Central Valley). Севернее река Колумбия (Columbia River) прорезает Береговые хребты, соединяя океан с Портлендом и долиной Уилламетт (Wilamette Valley). А вдоль границы с Канадой пролив Хуан-де-Фука (Strait of Juan de Fuca) связывает океан с заливом Пьюджет-Саунд (Puget Sound) и городской агломерацией, которая тянется от Олимпии и Такомы через Сиэтл и далее за канадскую границу к Ванкуверу, в Канаде.

 

Однако значительная часть региона Кордильер вовсе не является горной. Между Скалистыми горами и линией Сьерра-Невада — Каскадные горы простирается огромная территория, которую ранние исследователи назвали «Великим Бассейном» (Great Basin) — название, которое до сих пор можно встретить на некоторых старых картах (Указанная территория названа «бассейном» из-за особенностей рельефа, при которых вода не может вытекать и остается в бассейне Прим. Portalostranah.com).

 

На самом деле этот бассейн включает в себя три довольно крупных региона, каждый из которых обладает своим особым рельефом и, следовательно, своей уникальной географической спецификой. Самым обширным из них является так называемый регион Бассейнов и Хребтов (Basin-and-Range region, засушливая физиографическая провинция Прим. Portalostranah.com), охватывающий всю Неваду и значительную территорию в соседних штатах.

 

Породы земной коры под воздействием разломов были здесь разбиты на блоки, как правило, несколько миль в ширину и несколько десятков миль в длину (одна миля равна 1.6 километра Прим. Portalostranah.com), а затем подверглись эрозии и выветриванию. Эти разрушенные блоки теперь образуют длинные линейные горные хребты, ориентированные преимущественно с севера на юг и отделенные от соседних блоков широкими бассейнами, заполненными песком, гравием и высохшими солевыми отложениями. На карте они не похожи ни на что другое в Северной Америке, и геолог-первопроходец Кларенс Даттон (Clarence Dutton, годы жизни: 1841-1912, американский геолог, военный, сотрудник Геологической службы США Прим. Portalostranah.com) заметил, что карта региона Бассейнов и Хребтов «выглядит как целая армия гусениц, ползущих на север из Мексики».

 

В северной части «Великого Бассейна» недавние, по историческим меркам, лавовые потоки покрыли большую часть восточных районов штатов Вашингтон и Орегон, а также долину (притока реки Колумбия) реки Снейк (Snake River) на юге штата Айдахо, образовав регион, известный как Колумбийскому плато, или бассейн реки Колумбия (Columbia Basin). Там, где лава относительно молода и еще не подверглась эрозии — как, например, на юге Айдахо, — рельеф довольно ровный, хотя крупнейшие реки, такие как Снейк и Колумбия, уже прорезали в черно-коричневом базальте глубокие каньоны.

 

Южной границей бассейна является плато Колорадо, примечательное хотя бы тем, что оно стоит подобно острову спокойствия в море геологической активности. По всей территории плато Колорадо мощные слои почти горизонтально залегающих осадочных пород были подняты вверх, а затем подверглись эрозии со стороны реки Колорадо и её притоков. И хотя геологическая история этих мест ничем не примечательна, этого нельзя сказать о пейзажах. Поскольку в некоторых районах плато было поднято более чем на милю, реки прорезали в осадочных породах грандиозные каньоны, а само плато причудливо изрезано изолированными столовыми горами (мезами, mesas) и (одиночными возвышенностями) останцами (бьюттами, buttes), как правило, с плоскими вершинами и отвесными склонами. Горные породы здесь часто отличаются очень яркими цветами — красными, желтыми, оранжевыми, коричневыми и даже иногда зелеными и синими. В условиях засушливого климата американского Юго-Запада эти необычные формы и краски полностью открыты взору, и большинство американцев согласятся с тем, что каньоны плато Колорадо — это одни из самых живописных природных ландшафтов во всей стране. (Гранд-Каньон — Grand Canyon в штате Аризона — лишь самый крупный и известный пример). Значительная часть этого региона была выделена под национальные парки, памятники природы и подобные общественные заповедные зоны.

 

По всему региону Кордильер было обнаружено огромное разнообразие полезных ископаемых — обстоятельство, неудивительное для такой обширной территории с такой бурной геологической историей. Эти ископаемые сыграли определяющую роль во многих аспектах человеческой истории Кордильер. В конце концов, значительная часть этого региона малонаселена, а условия для жизни здесь нестабильны, поэтому во многих местах именно открытия месторождений полезных ископаемых способствовали притоку основной массы населения извне, особенно в ранние периоды истории США. Так, золото из Сьерра-Невады спровоцировало массовую «золотую лихорадку» 1849 года, которая за один год привела в Калифорнию достаточно людей, чтобы она смогла претендовать на статус штата в 1850 году.

 

«Золотые» и «серебряные» лихорадки послужили толчком к первым крупным переселенческим потокам американцев как в Колорадо, так и в Неваду, а такие базовые металлы, как медь и свинец, повлияли на экономику и политику таких относительно далеких друг от друга мест, как Аризона и Айдахо.

 

Только Колумбийский бассейн с его пластами бесплодной лавы обделен значительными запасами полезных ископаемых.

 

Но, несмотря на всю романтику добычи золота и серебра, основное минеральное богатство Кордильер проистекает из ископаемого топлива — нефти и природного газа в Калифорнии, а также обширных месторождений угля на плато Колорадо и в межгорных бассейнах Скалистых гор…

Взгляд назад: география и американская история

Любое простое объяснение великих исторических событий, скорее всего, ошибочно или, по крайней мере, серьезно вводит в заблуждение. Это определенно верно, когда пытаешься объяснить достижение Америкой высот мирового могущества. Но никакой отчет об этом знаменательном событии никогда не может быть полным, если не признать, что экономическая и политическая мощь Америки опирается на очень прочный географический фундамент.

 

География сама по себе, конечно, не может объяснить историю успеха Америки. Если бы Америку заселили другие группы людей — люди с другими инструментами, амбициями, ценностями и воспоминаниями — история, безусловно, сложилась бы иначе.

 

Но некоторые вещи кажутся очевидными.

 

Богатство ресурсов Америки, безусловно, сделало решение задачи заселения Америки легче, чем оно могло бы быть без таких ресурсов. При этом большое разнообразие географических сред гарантировало, что американцы могут ответить на самые разные вызовы, чего невозможно было бы сделать, если бы такого разнообразия не было.

 

Если богатства страны вознаграждали за удачу и трудолюбие, то географическое разнообразие США вознаграждало тех, кто был способен адаптироваться к новым обстоятельствам.

 

Однако, та же самая география безжалостно наказывала за неудачи. Можно сказать, что американская история — это описание успеха разных людей, то это также и описание разбитых надежд. В то же время, сам размер и разнообразие американской территории поощряли в людях оптимизм: если ты потерпел неудачу в одном месте, всегда были другие типы мест, где можно было начать все сначала. Поэтому не случайно величайшие произведения американской литературы — такие романы, как «Моби Дик» и «Приключения Гекльберри Финна» — рассказывают истории не столько о нашем противостоянии друг с другом или даже с Богом, сколько о нашем противостоянии с богатой, разнообразной и мощной Природой. Это та история, которая лежит в основе всего американского опыта», пишет Пирс Льюис в главе «Естественные ландшафты Америки» (America’s Natural Landscapes) из американского сборника «Making America: The Society & Culture of the United States» («Создание Америки: Общество и культура Соединенных Штатов»), вышедшего в 1992-м году. Конец цитаты.

 

Отметим, что на карте рельефа США из упомянутого сборника, которую мы (несколько адаптировав и дополнив русским переводом) помещаем в начале данной этого обзора, очень хорошо показаны все основные упоминаемые в статье Пирса Льюиса места. Вышеупомянутая карта, основанная на известной карте американских ученых геолога Невина М. Фэннэмана (Nevin M. Fenneman) и географа и геоморфолога Дугласа У. Джонсона (Douglas Wilson Johnson) Физико-географическое деление Соединенных Штатов, 1946 год, очень ясная и на ней нет ничего лишнего.

 

Но для интересующихся, мы также помещаем ниже современную и более подробную физическую карту США, на которой отображены малейшие детали рельефа Соединенных Штатов:

 

Этот обзор о рельефе США подготовлен Portalostranah.com по сделанному нами переводу (с нашими же примечаниями) фрагмента, касающегося климата США, главы «Естественные ландшафты Америки» (America’s Natural Landscapes) авторства Пирса Льюиса (Peirce Lewis) из американского сборника «Making America: The Society & Culture of the United States» («Создание Америки: Общество и культура Соединенных Штатов»), англ.яз., вышедшего в 1992-м году в University of North Carolina Press, США.